Цветы у посольства Франции.

Посольство Франции в Лондоне. Люди несут цветы в знак солидарности с французским народом после вчерашних террористических атак в Париже, где погибло более 150 человек.
Посольство Франции в Лондоне

1 сентября

1 сентября не только день знаний, но уже как 11 лет день памяти жуткой трагедии, произошедшей в школе № 1 города Беслана. Школу захватили террористы утром 1 сентября 2004 года во время торжественной линейки, посвящённой началу учебного года. В течение двух с половиной дней они удерживали в заминированном здании 1128.
В результате неумелых действий российских спецслужб по освобождению заложников, 314 человек, из них 186 детей, погибли.
Следствие по делу ведется до сих пор, виновные не понесли наказание.
Прямых доказательств, что за терактом в Беслане стоит Путин нет, но с первого дня теракта такая уверенность присутствует у многих.
Сразу после освобождения заложников, Путин отменил прямые выборы губернаторов в России и страна сошла с демократических рельс окончательно в тот момент и до сих пор на него не вернулась.

После теракта

Как и все вы, мы сейчас в ужасе от произошедшего в “Домодедово”. Но уже несколько дней спустя мы видим: страшная тема начинает покидать первые полосы газет и журналов. Это понятно и по-человечески объяснимо, но очень опасно – чем быстрее мы позволим себе забыть, тем более вероятно, что ужасное случится снова.

Нас пугает не только беззащитность, наша собственная и людей вокруг нас, перед лицом преступников – мы ощущаем себя вдвойне беззащитными потому, что несем свое горе поодиночке. Сейчас можно говорить о нечеловечности таксистов и тех автомобилистов, кто не пропускал кареты скорой помощи, а можно восхищаться людьми, которые, руководствуясь своей человечностью, помогали незнакомцам. И то и другое по-своему правильно, и того и другого мало.

Мы обычные люди, и не наше дело предотвращать теракты – для этого есть специалисты. А вот спросить у этих специалистов, почему теракты в городах России происходят так часто, почему ни один высокопоставленный сотрудник спецслужб, которые раз за разом оказываются не готовы противостоять террористам, не был отправлен в отставку (снятия с переводами на почетные должности не в счет) – это дело наше.

Говорят, что в первые дни после трагедии рассуждать о том, кто виноват – аэропорт, спецслужбы, МВД, мэр, президент, мы сами – как-то неэтично. Это неправда. В первые дни после трагедии о ней помнит вся страна, а уже очень скоро, как показывает печальный опыт, будет помнить только маленькая ее часть. В первые дни после трагедии мы должны задавать властям вопросы, а власти должны на эти вопросы отвечать. Мы должны не просить – требовать ответов. Чтобы наши вопросы было слышно, мы должны задавать их сообща, а не удовлетворяться разговорами на кухне и в социальных сетях. Мы должны говорить сильно громче, чем говорили раньше.

Участники нашего движения не знают, как именно это надо делать. Может быть, надо выходить на улицы наших городов. Может – публиковать или передавать в соответствующие приемные коллективные требования. Давайте обсудим это, но давайте исходить из того, что это обсуждение имеет смысл – что мы не просто собрались выпустить пар. Это можно делать и по отдельности, но только вместе у нас есть шанс быть услышанными.